С 11 по 13 сентября прошла третья ярмарка «нового тамиздата» — «Пражская книжная башня». По просьбе The Tamizdat Review Мария-Анна Гущина делится своими впечатлениями.
Поскольку я сейчас пишу диссертацию о тамиздате, сразу же вынуждена оговориться: тамиздат в классическом понимании — это книги, написанные внутри СССР, контрабандно вывезенные в виде рукописи на Запад и затем не менее секретно ввезенные обратно, уже в форме печатной книги. Сейчас, когда мы говорим о новом тамиздате, речь не о новой волне тамиздата, а о совершенно новом явлении, имеющем к прародителю не так уж и много отношения — в первую очередь потому, что большинство книг написаны не в России, а в эмиграции.
Я была на предыдущих двух «Книжных башнях» тоже (а вот в Берлин на Bebelplatz пока не доехала — так что сравнить не могу), и по сравнению с прошлыми разами прогресс очевиден.
Официальная статистика ярмарки этого года такова:
- около 3000 посетителей;
- 4820 проданных книг;
- 37 издательств, библиотек и книжных магазинов;
- 64 события для взрослых и детей;
- 135 выступающих.
Очень жаль, что не посчитали количество собак — для меня это одно из самых бросающихся в глаза отличий от отечественных ярмарок. Я и сама в первый год приезжала с собакой (до сих пор стыдно, что она облаяла дьякона Кураева — хотя он вроде бы только умилился).
Большая часть стендов — это именно издательства, есть еще несколько магазинов, которые привезли как книги некоторых непредставленных лично «тамиздательств», так и книги, изданные в России. Кроме того, было несколько библиотек.
Некоторые проекты делили стенды с коллегами.
Самой большой популярностью, как и все три года, однозначно пользуется стенд SamTamBooks с детскими книгами — не только «Самоката» и «СамТама», но и других издательств.
Лично для меня одно из самых интересных издательств — это One Book Publishing. После той самой единственной книги («Патриот» Алексея Навального) издательство взяло паузу, а потом неожиданно возродилось и заняло очень интересную нишу переводной литературы, как художественной, так и нонфикшн. В числе прочих уже вышла новая книга Энн Эпплбаум «Корпорация „Автократия“». Энн Эпплбаум— американская журналистка беларуского происхождения, специалистка по Восточной Европе и истории коммунизма. На русский до этого момента были переведены только две ее книги — «ГУЛАГ» (Corpus, 2015) и «Железный занавес. Подавление Восточной Европы (1944–1956)» (Московская школа гражданского просвещения, 2015).
Одновременно с выходом оригинала был опубликован русский перевод «Клуба ходячих катастроф», новой книги Кэтрин Стокетт, авторки бестселлера «Прислуга» (“The Help”). Эта книга в теории до сих пор могла бы быть опубликована в России — и ее появление в «тамиздате» я считаю очень важной вехой. То же касается и вышедших буквально к ярмарке мемуаров Жизель Пелико «Гимн жизни».
В некоторых других издательствах нового тамиздата переводы тоже представлены, однако никто раньше не декларировал их как свою основную цель. Мне этот феномен очень интересен как исследовательнице нового тамиздата, а кроме того, не буду скрывать, почти каждая книга One Book Publishing — это удивительно точное попадание в мой личный вкус.
Кстати, перевод в этом году был объявлен главной темой ярмарки. Точнее: «Перевод — точка роста». Но, честно говоря, если бы я не знала, то не угадала бы: все самые массовые мероприятия были посвящены оригинальным книгам, а не переводным. Возможно, дело в том, что я не попала на презентацию «Что мы можем знать» Иэна Макьюэна (Fresh Verlag).
Самым популярным — для меня очень неожиданно — стало выступление экономиста Игоря Липсица, которое было заявлено как презентация его книги «Есть ли будущее у человечества, или „Апокалипсис эпохи D.R.AI“» (Freedom Letters), но на самом деле больше походило на самостоятельную лекцию. Возможно, количество слушателей объясняется тем, что Липсиц не только экономист, но и маркетолог. То есть человек, способный прорекламировать себя и привлечь внимание общественности. Правда, когда речь зашла о том, что какое-никакое равноправие наступило совсем недавно и в результате сейчас женщины «рванулись» получать образование, следующая ремарка меня несколько озадачила: «Университетские аудитории переполнены женщинами… но я, конечно, как вузовский преподаватель против этого никогда ничего не имел, вы же понимаете, хе-хе…»
К слову, на этой же сцене на следующий день проходила презентация книжки Залины Маршенкуловой «Всё было хорошо, пока не пришли феминистки» (Vidim Books), а в субботу Дарья Серенко представляла переиздание «Девочек и институций» (One Book Publishing).
Два других выступающих, собравших выдающееся количество слушателей, — это Армен Захарян с лекцией о Прусте (его новые книги вышли в Éditions Tourgueneff и в тель-авивском «Бабеле») и Иван Филиппов с рассказом о Z-блогерах (Freedom Letters). В ораторских способностях Армена (даже без Федора) никто не сомневается, но было очень любопытно наблюдать, как на время его выступления притих весь зал — даже те, кто был занят своими разговорами у стендов или в буфете. В этом году организаторы сильно облегчили всем жизнь: на мероприятиях в атриуме зрителям выдавали наушники, без которых выступающего было не слышно, если отойти буквально на два-три метра. В прошлом году звуки двух одновременных докладов сливались воедино, и что бы то ни было расслышать было непросто. Так что наушники — это гениальное нововведение. Очень приятно видеть, что организаторы думают и заботятся как о зрителях, так и о лекторах. Презентация книги «На Zzападном фронте без перемен» была единственной, на которой зрителям не хватило наушников, — пришлось поставить несколько рядов стульев вплотную к Ивану!
Жанр одиночного выступления, на мой взгляд, был единственным, который по-настоящему оправдывал ожидания. К сожалению, все мероприятия, в которых участвовало больше одного выступающего, сильно (очень сильно) уступали ему. Где-то никто толком не готовился, и модератор всем по очереди задавал вопросы в стиле «какие ваши дальнейшие творческие планы». Где-то подводила техническая сторона — и тем, кто присоединился по зуму, было не слышно вопросов, зато их самих было слышно даже слишком хорошо. Строго говоря, гибридный формат мероприятий почти никогда до добра не доводит — и исключений я здесь не увидела.
В других случаях — как на научных конференциях — после основного выступления следовала серия небольших докладов по 10 минут, замаскированных под вопросы. И так не очень многочисленные зрители в этот момент начинали исчезать на глазах. По нескольку раз на дню со сцены кто-то кого-то (часто самого себя) провозглашал настоящей русской литературой. За бокалом в буфете это происходило еще чаще. Порой мне казалось, что ярмарка нужна в основном участникам, а не посетителям, — что это как встреча однокурсников.
Но на самом деле посетителей было действительно много — и они с удовольствием покупали книги, обсуждали книги, слушали про книги. Очень любопытно посмотреть топы продаж у разных издательств — там и «Dendrarium» Алисы Кусти (shell(f)), и «Пункт обогрева» Григория Свердлина (Meduza), и «Лирика» Михаила Феничева (Überbau), и «Оскар и я» Марии Парр (SamTamBooks), и графический роман про Путина «Случайный царь» Эндрю Вайса (Эхо Книги). В общем, на любой вкус.
Я посмотрела несколько (кого я обманываю — два) обзоров на ярмарку на ютьюбе, и у меня сложилось любопытное ощущение, что мы с обозревателями были на каких-то совершенно разных ярмарках. Видимо, это такая аберрация восприятия: глаз выхватывает только знакомое и полностью игнорирует что-то новое и непривычное. Причем я себя совершенно не исключаю из числа подверженных этой болезни — о существовании некоторых книг я с удивлением узнала постфактум из видеообзоров, хотя мне казалось, что я внимательно все смотрю и ничего не пропускаю. Или, например, была еще большая детская программа — наверняка у тех, чьи дети поучаствовали в ней, тоже совсем другие впечатления. Или у людей, которые интересуются поэзией!
Словом, у каждого получается своя ярмарка — и это как раз и делает ее самой настоящей, всамделишной.
-
Maria-Anna GuschinaA PhD candidate at the University of Salzburg, where she is writing a dissertation on the “new tamizdat.” She is also the editor-in-chief of Cloudberry, a small publishing house. She lives in Innsbruck with her husband, a dog, and two cats.
